Новости

11 апреля 2008

Интервью Дмитрия Снесаря, соруководителя инвестиционно­банковского направления Deutsche Bank в России журналу IR magazine Russia & CIS

Дмитрий Снесарь, Соруководитель инвестиционно-­банковского направления Deutsche Bank в России, делится своими мыслями об итогах прошедшего года на рынке IPO/SPO и основных тенденциях года наступившего.

Оценка компании — это не женитьба.

— Дмитрий, могли бы Вы прокомментировать итоги года по IPO и SPO в целом по России и для Вашего банка в частности?

— Общий объем российского рынка размещений в прошлом году составил $29 млрд, количество сделок — 32. Среди них целый ряд крупных размещений в различных секторах, которые провел Deutsche Bank для таких компаний, как «Полиметалл», Банк ВТБ, AFI Development, ПИК, «Дикси», ОГК-2, «М. Видео», банк «Санкт-Петербург», Группа ЛСР. Не могу не отметить весьма значительную сделку SPO для ОАО «Норильский никель». В ходе этого SPO компания продала через нас treasury shares на сумму около $1,3 млрд. Таким образом, с учетом этой сделки общий объем российских рынков капитала (equity capital markets) в 2007 году достиг $31 млрд. Год был напряженный, работы хватало, и сделали мы за год довольно много.

— Из этих 9 размещений, проведенных Deutsche Bank, какое лично Вам по‑казалось наиболее интересным?

— Среди знаковых IPO следует назвать размещение акций ВТБ; оно выделяется и по объему. Мне лично очень близко IPO «Полиметалла», потому что, во-первых, это была первая сделка 2007 года и, во-вторых, в мире не так уж много размещений компаний, работающих в золотодобыче. Пожалуй, это было крупнейшее размещение компании данного сектора за последние 15 лет. После размещения акции «Полиметалла» вели себя не совсем так, как ожидалось, но, поскольку компания достаточно основательная, зрелая и сильная, тенденция выровнялась и сейчас акции «Полиметалла» торгуются выше уровня размещения — и это несмотря на падение всего рынка. Знаковым, с нашей точки зрения, безусловно, явилось размещение банка «Санкт-Петербург». Относительно небольшая по объему, всего на $274 млн, эта сделка явилась весьма показательной для всей банковской отрасли России. Банк «Санкт-Петербург» вышел на рынок после таких гигантов, как Сбербанк и ВТБ. Тем не менее его IPO было успешным.

— Вы хотите сказать, что размещения акций будут характерны для российских банков и в следующем году?

— Сейчас достаточно сложно что-либо утверждать. Всем банкам нужны деньги, так как они столкнулись с кризисом ликвидности. На примере казахстанских банков, несколько более зависимых от зарубежных средств, видно, что IPO — это тенденция. Российские банки более диверсифицированы за счет того, что есть депозиты физических и юридических лиц. Но, тем не менее, любому банку сейчас нужны деньги и фондирование — вопрос только в том, насколько достаточен будет аппетит международных инвесторов, чтобы покупать банковские акции.

— Какие отрасли в следующем году, на Ваш взгляд, будут наиболее интересны инвесторам?

— Во-первых, повторюсь, это будет банковский сектор, так как фундаментально у российских банков нет каких-либо серьезных проблем. Все, что им нужно, — это деньги, которые можно выдавать и предприятиям под развитие бизнеса, и физическим лицам под покупку товаров, квартир и машин. С точки зрения влияния западного кризиса на отечественный банковский сектор оно незначительно. Российская экономика растет и будет расти еще минимум 5 лет темпами приблизительно 7% в год. Если оценить российский потребительский рынок, то его рост даже больше, чем в Китае, — мы вышли на 2-е место после Индии. Поэтому те проблемы, с которыми столкнулись банки на Западе, к счастью, не коснулись России. Я думаю, что инвесторы, специализирующиеся на России, это хорошо понимают. Другое дело, что спроса на акции российских компаний только со стороны инвесторов, фокусирующихся на России, может не хватить для удовлетворения всей потребности в деньгах. Кроме того, в настоящий момент есть тенденция покупки российских банков западными, потому что последние понимают, что рост находится здесь. По нашим наблюдениям, и испанские, и английские, и греческие, и итальянские банки рассматривают возможность приобретения российских банков. А HSBC, например, недавно заявил, что будет развивать в России ритейл путем органического роста. Так что, возможно, если и не будет IPO российских банков, то будут сделки M&A. Это предположение подтверждается и тем, что многие западные банки купили украинские, поэтому Украина, можно сказать, перенасыщена банками — например, в моем родном городе Стаханове практически через каждые 100 метров можно увидеть банкомат. А Россия пока обделена с точки зрения западного банковского ритейла. Здесь работает лишь малая часть западных розничных банков.

— Кроме банков что будет еще привлекать внимание инвесторов?

— Думаю, транспортная инфраструктура, так как ее недоинвестирование потенциально сдерживает рост экономики. В частности это РЖД, порты, компании-перевозчики, логистические центры. Здесь в течение следующих 5 лет, безусловно, можно ожидать бума. Привлекателен для инвесторов и бизнес, связанный с электрогенерацией и сбытом. В ходе реформы РАО ЕЭС появилось около 50 компаний, каждая из которых должна модернизировать свои мощности или построить новые. Кроме того, металлургия и добыча полезных ископаемых — это большой потенциальный сектор, поскольку цикл спроса на ресурсы продолжает находиться на пике. Так, «Мечел» заявлял, что намерен провести IPO своей угольной компании.

— А что Вы скажете о потенциале сектора недвижимости?

— Недвижимость и девелоперские компании потенциально привлекательны. Но все зависит от качества тех компаний, которые будут размещаться, от их менеджмента. Под качеством я понимаю в первую очередь видимый и ощутимый track record, особенно если это касается девелоперов. Второй фактор — насколько профессионален и силен менеджмент. Пожалуй, это основные аспекты, на которые будут обращать внимание инвесторы. Говоря об этом секторе, стоит учитывать возможные риски, связанные с кризисом ликвидности и снижением объема кредитов на строительство и ипотеку. Говоря о других отраслях российской экономики, нельзя не упомянуть машиностроение — компании этой отрасли вполне можно включить в число потенциальных поставщиков новых размещений.

— Давайте поговорим про биржи, на которых будут размещаться российские компании.

— В данный момент для российских компаний существуют два варианта: Лондон (LSE) и Москва (РТС и ММВБ), причем листинг может быть двойной. Если компания зарегистрирована вне России, например на Кипре, у нее есть возможность размещаться только за рубежом. Для любой российской компании листинг в России обязателен. Стоит отметить важность выпуска депозитарных расписок в случае зарубежного листинга. Конечно, проблемы в области регистрации прав собственности и опасения иностранцев в отношении российской инфраструктуры за последнее время уменьшились, но ADR/GDR по-прежнему остаются для них более удобным инструментом. В первую очередь потому, что инвесторы считают свои права собственности более защищенными, так как АDR/GDR — продукт, зарегистрированный по американскому законодательству, и базовые акции хранятся в депозитарии — русской «дочке» американского или европейского банка.
Во-вторых, ADR/GDR удобнее перерегистрировать через Euroclear.

— Могут ли появиться конкуренты Лондону в отношении зарубежных размещений? Например, Deutsche Borse?

— В отношении Deutsche Borse пока не вижу никаких преимуществ перед LSE. Дело в том, что британцы делают все комплексно — продают Лондон целиком, а не просто торговую площадку. Чем хорош Лондон? Первое — английское законодательство. Есть целая индустрия юристов, которые профессиональны и отлично в нем разбираются. Думаю, если российские компании решатся повторить в Германии то, что они сделали в Лондоне, во Франкфурте просто не найдется столько юристов.Второе — английский язык, укрепившийся как международный деловой язык. Что касается Deutsche Borse, то вести деловую корреспонденцию, подавать отчетность до последнего времени компании должны были на немецком. Количество же людей в России и в мире, говорящих

по-английски, в разы больше говорящих по-немецки. Кроме того, Лондон уже состоялся как международный финансовый центр, Франкфурт — нет. Усилий одной лишь Deutsche Borse не хватит, чтобы это сделать. Более того, я скажу вам, что офис Deutsche Bank в Лондоне больше, чем офис во Франкфурте, — и это говорит само за себя.Думаю, немцы упустили тот момент, когда можно было захватить рынок — надо было начинать лет 10 назад.

— Азиатские биржи?

— Положив руку на сердце и забыв про китайский язык, можно сказать, что если у российской компании есть бизнес-интересы или бизнес-присутствие в Китае, то у нее есть перспективы разместиться на Гонконгской фондовой бирже с премией. Но пока ни одна российская компания там еще не размещалась.

— А что Вы думаете относительно перспектив допуска иностранных ценных бумаг на российский рынок? В первую очередь — иностранных публичных компаний с активами в России.

— Думаю, перспективы есть. На мой взгляд, законодательство по РДР было выпущено для того, чтобы дать возможность отечественным инвесторам покупать акции, скажем так, «русских» компаний, которые юридически российскими не являются.Роль российских инвесторов год от года растет, но основная наша сегодняшняя проблема — это отсутствие класса долгосрочных инвесторов. Нет людей, которые берут позиции на несколько лет. Как только средства Пенсионного фонда можно будет вкладывать в акции, я думаю, ситуация изменится кардинально.

— А как насчет наших ближайших соседей — компаний с Украины, из Казахстана?

— На украинском рынке в настоящий момент публичных компаний не так уж много, практически все сконцентрировано в руках нескольких лиц. Я не слышал, чтобы кто-то из них заявлял о намерениях выходить на рынок. А с точки зрения инфраструктуры, торговых площадок — на Украине еще очень много надо сделать. Нет клиринга, люди работают фактически на доверии — что-то подобное у нас было в 1994–1995 годах. Потенциально в будущем там могут происходить размещения, и мы будем только приветствовать украинские компании, которые захотят разместиться на российских биржах, сделать РДР.Казахстан в этом плане более интересный рынок — там больше публичных компаний. Но все значимые из них уже присутствуют на LSE. Однако, если кто-то из казахстанских компаний решит сделать РДР, мы будем очень рады. Что касается допуска иностранных бумаг на российский рынок, то я к этому отношусь достаточно скептически — неплохая идея сама по себе, но сомневаюсь, что акции, например, Coca-Cola или GM будут иметь хоть какую-то ликвидность на ММВБ.

— Давайте поговорим про IR‑деятельность компаний. Как Вы считаете, когда лучше создавать в компании IR‑службу — задолго до IPO, во время, после?

— Думаю, в идеале стоит выделять эту функцию в компании месяцев за 6 до предполагаемого IPO. IR-специалист должен принимать активнейшее участие в подготовке IPO — в разработке презентаций для аналитиков, для road show.

IR-специалист должен участвовать в этих презентациях — ведь это то лицо, которое непосредственно будет в последующем общаться с инвесторами.

— А что Вы можете сказать о подборе «правильного» состава инвесторов в ходе IPO? Например, существуют мнения, что руководство компании, IR‑специалист должны четко контролировать продающие банки, чтобы акции компании не купили одни только хедж‑фонды.

— Любой инвестиционный банк заинтересован в том, чтобы IPO было успешным. В большинстве случаев банки рекомендуют эмитенту некую аллокацию. И, уверяю вас, банк будет меньше всего заботиться о том, чтобы как можно больше отдать хедж-фондам. Несомненно, хедж-фонды должны присутствовать, но их составляющая не должна превышать 10–15% от размещения, остальное должно идти долгосрочным инвесторам. К сожалению, в настоящее время появились даже долгосрочные инвесторы, которые иногда ведут себя как хедж-фонды, — поэтому грань тут немного стерлась.

— Тогда на что же нужно менеджменту обращать внимание?

— Важно учитывать, насколько может быть «инфлирована» (завышена) книга заявок. Например, если инвестор говорит, что он хочет купить на 100 миллионов, надо четко понимать, сколько акций он намерен оставить в долгосрочном периоде. На 50 миллионов? Или 20 миллионов? Или 10 миллионов? Если последняя цифра более реалистична, то, получив акции на все заявленные им 100 миллионов, он, несомненно, на следующий день «сольет» оставшиеся 90, что приведет к падению котировок. Это основное, на что надо обращать внимание. Успех IPO зависит от качества sales-команды продающих банков, которая общается с инвесторами в процессе сбора заявок. Важно, насколько sales-менеджеры хорошо знают своего клиента и как тесно они с ним общаются, чтобы узнать реальное количество акций, которые инвестор хочет получить.

— А как Вы определяете успешность IPO?

— Думаю, IPO успешно, когда после размещения акции выросли на 5–10% в течение месяца и продолжают расти в последующие 3–4 месяца, а дальнейшее их поведение уже вряд ли зависит от размещавших бумаг и банков. Если акции компании после размещения выросли на 15% и более, то это назвать успешным IPO уже нельзя — можно было продать акции по более высокой цене. По факту инвесторы считают русские IPO «дорогими» и в 2008 году инвесторы однозначно будут очень тщательно изучать оценки компаний. Многие инвесторы уже обожглись на покупке бумаг российских компаний, акции которых после размещения «просели».

— В этом часто упрекают и инвестиционные банки, которые продают дороже.

— Это не совсем правильно, когда продают дороже, особенно если вы не один год планируете присутствовать на фондовом рынке и хорошо его понимаете. Инвесторы должны заинтересоваться компанией, проявить к ней интерес как к потенциальному эмитенту. А интерес будет проявляться только тогда, когда будет динамика положительного роста. Для того чтобы в долгосрочной перспективе получить большую выгоду, в начале можно и продать дешевле. Собственник должен понимать, что оценка компании — это не женитьба. Впереди есть еще много событий, связанных с займом денег, с размещением акций, может быть, и не одной компании — возможно, появится и вторая, и третья. У инвесторов неплохая память, и если то или иное имя будет вызывать отторжение, вряд ли это будет способствовать долгосрочному успеху.Так что мой совет любому собственнику, который выходит на IPO, — думать о долгосрочной перспективе.

 



Copyright © 2017 ООО «Дойче Банк». Все права защищены.